–  Я не согласен с тобой, – твердо сказал старик. – С подобным осмыслением восстания… В мятеже, который вы затеяли, была своя правда. Пусть даже и горькая… Джек – погубитель восставших – видел ее и считался с нею.

Дух, казалось, не слышал возражения. Он продолжал в прежнем исповедальном тоне.

Когда работа в галактике Дуат была вчерне закончена, Элизабет овладела скука. Она не знала, куда руки приложить. Потом решила, что ее предназначение в миру исполнено и пора уходить в небытие. Она говорила, что жаждет покоя – света. И меня призывала последовать за ней, но я не мог. Не имел права…

Шли годы, конца которым, казалось, не будет, я исподволь направлял развитие то одной, то другой планеты. Вся наша галактика оказалась на моем попечении. Я выводил зверей к разуму, народы к свету культуры, цивилизации к социальной справедливости. Естественно, не более чем давал толчок… Иногда, правда, собирался с силами и строил незримую стену на пути, ведущем в пропасть. Везде и всюду я способствовал усложнению материи. Я старался, чтобы островки разума ширились, сливались, пронизывали пространство по всем направлениям, чтобы мыслящая плоть заполнила собой бездну космоса.

На этом пути я совершил множество ошибок…

Роги, в состоянии ли ты постигнуть сомнения, которые изводили меня? Больше всего я боялся, что, избавившись от порока самоутверждения, попаду под пяту демона всевластья. Лик этого чудовища всегда благороден, как у ангела. Я породил вас, – значит, я имею право… Трудно сказать, какой грех мерзостнее. Вижу, ты с трудом понимаешь меня.